Святилища Древней Карелии

И.В.Мельников.
Святилища Древней Карелии. - Петрозаводск, 1998.

Известно, что религиозные обряды, как правило, совершаются в специальных местах. В современных религиях это, обычно, происходит в различных культовых зданиях. Святилища, где совершались религиозные церемонии, имелись и у народов, религии которых мы обычно называем языческими. Иногда они также располагались, в различных строениях, но чаще находились прямо под открытым небом, к примеру, на вершине горы, на острове, в пещере, в священной роще или около источника, обладающего целебными свойствами. Виды священных мест у разных народов могли быть самыми разнообразными, равно как различны божества, которым люди поклонялись.

Для того, чтобы проиллюстрировать, что из себя представляют подобные культовые места у народов Севера, обратимся к этнографическим материалам по саамам, проживающим ныне на территории Кольского полуострова, в северных районах Финляндии и Скандинавии, а в XIX веке обитавших и в Северной Карелии. Материалы эти собраны исследователями в период с XVII по первую половину XX века.

Судя по ним, священные места саамов были далеко не одинаковы. Как правило, они привязывались к различным природным объектам. Так, например, А. Воррен выделяет восемь видов священных мест скандинавских саамов, где они совершали жертвоприношения. В частности, скалы, отдельные скальные формации необычной зоо- или антропоморфной формы, камни-валуны разных размеров, расщелины, ямы и гроты, священные источники, озера, а также кольцеобразные сооружения из камней-валунов диаметром 6-9 м, внутри которых, иногда, имелась фигура, тоже сложенная из камней. Такие сооружения, как отмечал А. Воррен, принадлежали "дохристианским саамам" и часто были разрушены миссионерами . У терских саамов (на Кольском полуострове) подобное святилище зафиксировано известным этнографом В. В. Чарнолусским. Оно было связано с почитанием бога Каврая и представляло собой антропоморфную фигуру, сложенную из семи поставленных друг на друга камней. В прошлом около идола совершались религиозные обряды.

Исследователи, занимавшиеся изучением религии саамов отмечали, что их культовые места тесно связаны с почитанием священных камней, которые часто в литературе именуются саамским словом "сейды". Правда, понятие это у саамов, видимо, было более широким и относилось не только к священным камням, но и к скалам, сооружениям из камней, иным объектам, с которыми у них была связана фольклорная традиция религиозного характера. Что касается культовых камней-сейдов, то они неоднократно описывались этнографами, в том числе и отечественными (Дергачев, 1877; Харузин, 1890; Визе, 1912 и др.). В частности, у Кольских саамов сейдами (почитание которых у них было весьма развито) именовались простые валуны, располагавшиеся около деревень, на горах, островах, около водопадов и порогов. Считалось, что они обладают особыми сверхъестественными свойствами: могут приносить удачу на промысле, обеспечивать хорошую погоду и т. п. В связи с этим около сеидов совершались жертвоприношения, к ним обращались с молитвами о помощи.

Место, где располагались сейды, считалось священным, просто так туда не ходили, а женщины вообще не допускались. Но если саам вдруг начинал думать, что сейд приносит ему несчастья, то он мог его уничтожить: разбить на мелкие куски, сжечь или утопить. Смысл почитания камней у саамов этнографы определяют не одинаково. В литературе можно встретить упоминание о связи сейдов с почитанием предков или умерших родственников. Имеются, например, поверья о превращении людей (в частности, колдунов) в камни. Считалось, что в сейдах живут духи. Идолы некоторых высших божеств имели вид обычных камней. Такие камни-идолы иногда располагались скоплениями - по несколько в одном месте, причем, часто в местах ведения промысла. Отметим, что подобные верования, связанные с культовыми камнями и скалами, отмечены и у других народов Северной Евразии, например, у нганасанов, ненцев, обских угров, кетов.

Когда возникло почитание камней-сейдов? Существовали ли святилища с культовыми камнями на территории Карелии в древности, когда здесь проживали предки современных саамов? Поклонялись ли они сейдам также как и их потомки в XVII-XX вв.? Открытия, сделанные археологами в последние десятилетия на территории Карелии, позволяют дать на эти вопросы достаточно четкие ответы.

Первые факты, свидетельствующие о существовании в древности на территории Карелии крупных святилищ с культовыми камнями, были получены в конце 60-х годов, когда экспедицией Карельского краеведческого музея были открыты интереснейшие культовые комплексы на островах Белого моря - Немецком Кузове и Русском Кузове. Эти острова невелики, хотя и являются одними из наиболее крупных в архипелаге Кемские шхеры: первый из них имеет протяженность более километра, второй - более двух километров. Располагаются они примерно в 15 км от поселка Рабочеостровск, лежащем в устье реки Кемь. Ландшафт обоих островов сходен: в основе их лежат гранитные скалы, возвышающиеся над окружающим водным пространством на десятки метров (более высокий Русский Кузов достигает 123 м).

Святилище на Немецком Кузове занимает верхнюю часть скалистой горы и располагается на площадке длиной 350 и шириной 110- 160 м. Здесь имеется более 300 культовых объектов, среди которых И. М. Мулло выделяет три группы. Первая определена им как "собственно сейды" - огромные угловатые валуны, многие из которых поставлены на 3-4 маленьких камня-"ножки". На верхней плоскости валунов, как правило, устанавливались несколько небольших камней, а под ними, в некоторых случаях, имелись мелкие разноцветные обкатанные камни-гальки, чаще кварцевые.

Вторую группу ("идолы") составляют валуны меньшего размера. Они имеют антропоморфный вид, напоминают грубое скульптурное изображение бюста человека. Сверху на них положены камни меньшего размера, имеющие форму головы человека, а спереди, у некоторых, поставлены два несколько удлиненных булыжника, напоминающих вытянутые вперед руки. Среди современного местного населения (русских-поморов), эти камни называются "окаменевшие немцы". С ними связана старинная легенда о врагах, которые пытал ись напасть на Соловецкий монастырь. Они остановились для ночлега на острове, где их настигла божья кара - враги окаменели. Несомненно, легенда эта не имеет прямого отношения к первоначальному назначению этих каменных сложений. Она возникла гораздо позднее среди освоивших регион русских переселенцев и явилась своеобразным осмыслением ими непонятных каменных фигур. Сюжет об окаменевших людях встречается в религиозном фольклоре большинства европейских народов.

Третью, наиболее многочисленную группу составляют обычные, среднего размера, валуны разнообразной формы, на возвышенную часть которых установлен один (реже - два-три) камень меньшего размера. Среди них встречаются зооморфные валуны, напоминающие по форме белуху или тюленя, лягушку, а также ящерицу.

На Русском Кузове аналогичное святилище располагается на гранитной горе, имеющей куполообразную форму. На ее пологих склонах находится более 350 объектов, таких же, что и на Немецком Кузове. Единственное отличие заключается в присутствии здесь еще одного типа антропоморфных идолов, которые, как указывал И. М. Мулло, напоминают "каменные бабы" - древние культовые изваяния, встречающиеся в степях Евразии. Они представляют собой продолговатые необработанные каменные плиты, поставленные вертикально между двумя подпорками, тоже угловатыми гранитными плитами округлой формы. По мнению И. М. Мулло, их можно рассматривать также и как фаллические фигуры. Кроме того, на самой высокой части острова сохранились остатки двух могил, сложенных из грубых плит. Костные останки, а также инвентарь не обнаружены.

Кроме упомянутых объектов, по сведениям И. С. Манюхина, на Кузовах имеются несколько сложенных из небольших валунов каменных куч диаметром до 1,5 м и высотой до 1 м, а также кладок в виде овалов диаметром до 1 м, выложенных по периметру камнями в один ряд.

Открытие культовых комплексов на Немецком и Русском Кузовах явилось своеобразной сенсацией в археологической науке Карелии. Впервые было обнаружено большое скопление очень сходных с известными саамскими камнями-сейдами памятников, располагающихся в регионе, где саамы уже давно не проживали. Какой-либо памяти об их почитании среди современного населения Поморья не сохранилось. А это значит, что обнаруженные памятники не являются этнографическими объектами, а относятся к древности, и исследовать их можно было только методами археологии. На основе внешнего сходства с саамскими сейдами найденные каменные объекты были названы тем же термином. С тех пор название "сейды" стали употреблять не только этнографы, но и археологи. Таким образом, сейды в археологическом понимании - это культовые памятники, встречающиеся на территории, где проживают или когда-либо проживали представители саамского этноса (или его непосредственные предки). Они представляют собой природные камни-валуны или сооружения из необработанных камней-валунов, которым иногда сопутствует специфический культурный слой, различного рода каменные сооружения в виде куч, гряд и пр., в а также, в отдельных случаях, фольклорная традиция религиозного характера.

Культовые комплексы на Кузовах оказались совершенно новыми памятниками археологии. Их открытие вызвало целый ряд вопросов, на которые археологи, в виду отсутствия опыта изучения подобных объектов, до сих пор не дали ответа. Наиболее важный источниковедческий вопрос - это хронология сейдов. В ходе исследований не было получено ясных датирующих материалов. Не было обнаружено никаких предметов, по которым можно было бы определить время бытования этих святилищ. И. М. Мулло полагал, что святилища функционировали вплоть до конца 1 тыс. н. э. - времени, когда те места были оставлены саамами (Мулло, 1969, с. 16, 17).

Культовые комплексы на островах Белого моря недолго оставались единственными открытыми на территории Карелии древними святилищами. В 1972 году экспедицией Карельского Филиала АН СССР, которой руководил археолог А. П. Журавлев, был обнаружен культовый комплекс на о. Колгостров в Уницкой губе Онежского озера (Журавлев, 1973, с. 92). Этот памятник уступает беломорским святилищам по своим масштабам, там нет сотен хорошо сохранившихся каменных сложений. Комплексу на Колгострове свойственна иная специфика, сделавшая этот памятник по своему уникальным.

Для островов Онежского озера Колгостров достаточно велик - длина его около 4,5, ширина - 1,5 километра. Составляющие комплекс объекты располагаются на заросшей лесом скале, находящейся в юго-западной части острова по соседству с одноименной деревней. Скала вытянулась на протяжении одного километра с севера на юг и имеет ширину около 200-400 м. Ее крутой западный склон возвышается на высоту до 30 м. Очевидно, в древности эта скала обрывалась в воду, однако, в дальнейшем, по мере отступления озера, под ней обнажился участок берега, где и была основана деревня.

Колгостровская скала интересна тем, что еще в недалеком прошлом она имела название, была известна среди жителей окрестных деревень как "Звонкая" щельга. Такое название она получила от имевшегося в её северо-западной части камня-валуна, который обладал оригинальным свойством издавать мелодичный звук при ударе о его верхнюю часть небольшим булыжником. Валун этот также был известен в местной традиции как "Звонкой" камень. На "Звонкой" щель-ге проходили гуляния местной молодежи, туда, в ходе празднования главного колгостровского праздника - Ильина дня, было принято водить гостей. При посещении скалы некоторые из местных и гостей стучали по поверхности "Звонкого" камня. Говорили, что получавшийся звук напоминал звон одного из колоколов церкви в Лижме. Судя по сообщениям информаторов, традиция эта была очень старой и, видимо, уходила в глубь веков. Сейчас в районе Колгострова проживает русское население, предки которого, как свидетельствуют исторические данные, переселялись сюда из новгородско-псковских земель начиная с XIII века. До их прихода здесь проживало прибалтийско-финское население - вепсы, карелы, а еще раньше - саамы. Связанная с ними субстратная топонимия и ныне сохранилась в здешних местах. К числу таких топонимов относится и название Колгостров. Для нас особо важно то, что это название может быть связано с омонимичной лексемой kolkka в значении "колокол, звонок, колокольчик". Близки к основе названия Колгостров глаголы с основой kalk - (kalkata, kalkkaa и др.) "бренчать, стучать". И, наконец, в кильдинском диалекте саамского языка имеется слово kallk в значении "гром, звон".

Таким образом, оказывается, что русское название скалы и камня ("Звонкой") перекликается с прибалтийско-финским названием острова. Видимо, это название возникло среди дославянского населения. Позднее, в ходе колонизации края, ассимиляции местного населения, русские крестьяне "перевели" название камня, скалы, а также вторую часть названия острова (который, видимо, из "саари" превратился в "остров"). Первая же часть названия сохранила свою прибалтийско-финскую основу ("колг"). Подобных примеров трансформации географических названий в Карелии имеется множество. В ходе смены этнического состава населения отдельных местностей обычно переводились микротопонимы, а также детерминанты сложных названий крупных географических объектов, что и имело место в данном случае.

Однако вернемся к археологическому обследованию Колгострова. "Звонкой" камень оказался природным валуном размером 1,5x0,75x0,67 м с уплощенной верхней частью, имеющей многочисленные следы ударов. Он имеет трещину, которая образует резонирующую полость, с чем и связан упомянутый акустический эффект. При осмотре трещины в ней был обнаружен мелкий фрагмент асбестовой керамики. Вблизи "Звонкого" камня находится множество других камней-валунов, у подножия которых найдены мелкие косточки птиц, животных, рыб. Иногда эти валуны образуют скопления, внешне аморфные, но возможно ранее составлявшие вместе какие-то сооружения, в дальнейшем подвергшиеся разрушению.

"Звонкой" камень был обследован специалистами Петрозаводской консерватории. Полученные результаты позволили выдвинуть гипотезу о его использовании в качестве самозвучащего музыкального инструмента - литофона.

По соседству со "Звонким" камнем, вдоль края отвесно обрывающейся скалы были зафиксированы наскальные знаки. Они встречаются двух видов. Первый - это лунки чашевидной формы (в виде полусферы), глубиной до 10 см и диаметром 10-25 см. Их найдено более 15. Среди них есть, по-видимому, незавершенные лунки в виде чашевидных углублений, которые выбраны лишь частично.

Второй вид - возможно естественные знаки в виде окружностей или овалов, часто концентрических, которые иногда пересекаются 1-2 диаметральными линиями. В ряде случаев эти линии соединяют между собой два, три и более знаков. Диаметр окружностей варьирует в пределах 20-50 см. Таких фигур зафиксировано около 20. Следует отметить, что большая часть занятого знаками участка скалы покрыта мхом, лишайником, зарослями кустарника. Часть знаков, видимо, разрушена.

Кроме того, А. П. Журавлев в одной из своих популярных работ сообщает о существовании на "Звонкой" щельге "...остатков культового сооружения, по всей вероятности, домика "мертвых"", которое располагалось в центральной части скалы. На западном склоне обнаружены "...круглые и овальные каменные кладки", сложенные из небольших валунов. Их диаметр 0,5-0,9 м. Внутри них обнаружены зола и уголь. А. П. Журавлев предлагает считать их "...ритуальными очагами, функционировавшими во время культовых погребальных обрядов древнего населения" (хотя скорее они связаны с гуляньями колгостровской молодежи начала века). "У восточной окраины скалы обнаружены остатки каких-то крупных каменных сооружений" диаметром до 5 м, которые, возможно, "...являются древними погребальными комплексами". К сказанному следует добавить, что на Колгострове обнаружена энеолитическая стоянка, датируемая 3 тыс. до н. э., а также "лопарские ямья" (как их называли местные крестьяне) - углубления в почве диаметром около 3 метров, которые, возможно, являются остатками древних жилищ (Журавлев, 1992, с. 31).

Таковы сведения о памятниках Колгострова. Они позволяют полностью согласиться с мнением о культовом характере этого комплекса. Вместе с тем, очевидно, что комплекс Колгострова отличается от комплексов на островах Кузова Белого моря. Ему свойственна иная специфика. Если вывод о культовом характере памятников Кузовов был сделан на основе проведенного археологического обследования, которое подтвердило искусственное происхождение некоторых составляющих комплексы объектов и их схожесть с известными саамскими камнями-сейдами, то на Колгострове ситуация иная. Вывод о культовом характере колгостровского комплекса прежде всего вытекает из данных этнографии, фольклористики, топонимики, истории и находит подтверждение в археологических материалах.

Примечателен сам факт сохранения до современности названия камня и скалы. Местное население знало об оригинальном свойстве камня и выделяло его таким образом в окружающем ландшафте. Название скалы и, судя по всему, острова совпадают с названием камня. Это означает, что "Звонкой" камень являлся для местной традиции наиболее ярким определяющим объектом. Поэтому местные жители и посещали колгостровскую скалу в ходе празднования Ильина дня, устраивали там молодежные гуляния. Яркий аналог, свидетельствующий о механизме зарождения и воспроизводства подобной религиозной традиции, можно найти среди сюжетов прибал-тийско-финского фольклора. В заговоре против боли исполнитель упоминает остров в озере, где есть скала, на ней лежит камень с трещиной, в которую должна уйти боль. Очевидно, что подобные природные объекты издревле замечались местным населением и постепенно "обрастали" религиозной традицией.

К какому времени относится происхождение колгостровской традиции сказать трудно. О его нижней границе свидетельствуют лишь косвенные данные. Обнаружение в расщелине "Звонкого" камня фрагмента асбестовой керамики позволяет предполагать ее существование уже в позднем энеолите - конце 3-2 тыс. до н. э. К 3 тыс. до н. э. относится и обнаруженное поселение Колгостров 1. Верхняя же граница, как отмечалось, приходится на этнографическую современность.Связанная со "Звонкой" щельгой фольклорная традиция бытовала еще в начале XX века среди местного, русского по национальности населения, но имевшего прибалтийско-финские корни. Ее сохранение до этого времени свидетельствует о постепенной смене этнокультурной среды в западном Заонежье. Вероятно, религиозная традиция, связанная со скалой на Колгострове, зародилась у дославянского, по-видимому, древнесаамского населения и была позднее каким-то образом заимствована пришедшими сюда в IX - XIII веках прибалтийскими финнами. В ней сохранились как смысл названия камня, скалы и острова в целом, так и манера "особого" отношения местных жителей к этому месту, чему способствовало его удобное расположение для молодежных гуляний. Не исключено, что в ходе христианизации края каменные сложения "Звонкой" щельги подвергались разрушению как языческое мольбище. Известно, что подобные действия практиковались христианскими миссионерами. Пришедшие сюда позднее русские, постепенно ассимилировав местное прибалтийско-финское население, также заимствовали в трансформированном виде связанную с колгостровской скалой традицию. Тогда, очевидно, появились переводные названия "Звонкой" камень, "Звонкая" щельга, а также русифицированное название острова - Колгостров. Таким образом, в отличие от рассмотренных нами ранее культовых комплексов Беломорья, где, видимо, произошла резкая смена этнокультурной среды, в связи с чем память о почитании камней не сохранилась, в Заонежье такая смена происходила постепенно, новое население частично заимствовало древнюю традицию, которая, трансформируясь, сохранялась на протяжении многих веков.

В течение более двадцати лет острова Кузова и Колгостров оставались единственными памятниками такого рода, известными на территории Карелии. Новое открытие, вызывающее и по сей день самые разноречивые суждения и споры, было сделано опять-таки археологом А. П. Журавлевым в 1991 году в окрестностях д. Пегрема, на западном побережье Уницкой губы Онежского озера.

Любопытно, что сделать его помог случай. К северу от деревни Пегрема прошел локальный лесной пожар. На относительно небольшом участке выгорел подлесок, мох, обнажилась почва. Археологам открылась удивительная картина: на участке площадью ок. 20 тыс. кв. м располагалось множество камней-валунов, в ряде случаев имеющих зооморфную форму и как будто бы несущих следы грубой оббивки, из обнаженной почвы местами выступали каменные кладки, а также пятна красного охристого песка. Необычность картины усугублялась тем, что памятник находился в удалении от древнего берега Онежского озера, а это совершенно не характерно для обычных поселений, везде привязанных к побережью водоемов. Проведенные исследования памятника, который был определен как культовый комплекс Пегрема 40, дали любопытные результаты.

Прежде всего, отметим, что на территории памятника располагаются более ста камней разных размеров, в том числе крупные валуны диаметром свыше 1 м, в ряде случаев имеющие зооморфную форму. Около некоторых из этих камней были заложены раскопы. Оказалось, что культурный слой - красноватый песок - локализуется, как правило, около валунов узкой полосой (в среднем до 0,5 м). В нем были собраны находки: сланцевые и кремневые орудия, а также немногочисленные фрагменты позднеэнеолитической асбестовой керамики. Любопытно, что в большинстве случаев крупные валуны по периметру обрамлялись скоплениями мелких камней, образовывавших своеобразные кладки в виде окружностей. Около некоторых камней обнаружены небольшие кострища (диаметром 20-30 см, мощностью около 10 см), а также линзы охристого песка различных размеров, в том числе большие (1,5-2 м длиной) вытянутые линзы подчетырехугольной формы мощностью 0,1-0,3 м, которые в археологической литературе определяются как остатки древних погребений. В отдельных случаях в этих линзах был собран различный инвентарь. Найдены также небольшие камни со следами оббивки. Один из таких камней-валунов зооморфной формы, около которого были найдены упомянутые находки.

Хронология культового комплекса Пегрема 40 пока не определена. В распоряжении археологов нет ни одной абсолютной даты. Комплекс находится на террасе по соседству с позднеэнеолитическими поселениями, содержащими асбестовую керамику. Такая же керамика найдена и на самом комплексе, что позволяет считать их одновременными. Можно полагать, что этот памятник относится к периоду с середины 3 по 2 тыс. до н. э.

Материалы исследования культового комплекса Пегрема 40 были опубликованы открывшим его А. П. Журавлевым в нескольких работах. Их появление вызвало неоднозначную реакцию среди археологов, многие из которых не разделяют точку зрения о культовом характере данного памятника. Этому способствовала весьма свободная "беллетристическая" манера автора обосновывать некоторые свои интерпретации. Так что проблему Пегремы 40 сейчас, видимо, нельзя считать решенной. Справедливость предложенного А. П. Журавлевым определения Пегремы 40 как культового комплекса должна быть подтверждена будущими исследованиями подобных памятников.

Пегрема 40 - памятник необычный. Дискуссии по поводу его интерпретации неудивительны, ведь только здесь, в отличие от иных культовых комплексов Карелии, удалось обнаружить археологичес кий вещественный материал, зафиксировать четкий культурный, слой, который не сохранился ни на Кузовах, ни на Колгострове, ни в других памятниках такого рода (речь о них пойдет далее).

Имеются достаточно веские основания считать Пегрему 40 именно культовым комплексом. В пользу этого свидетельствуют ряд обстоятельств. Прежде всего отметим, что, культурный слой памятника четко локализуется вблизи камней, около которых обнаружены практически все находки. На удалении (более 1-2 м) от валунов его следы уже не прослеживаются. Очевидно, что деятельность древних происходила именно около камней. Маловероятно, что она носила хозяйственный характер. Культурный слой Пегремы 40 практически не содержит осколков и отщепов камня, кальцинированных косточек, фрагментов керамических сосудов, обломков каменных орудий - то есть тех видов находок, которые обычно отражают древнюю хозяйственную деятельность и являются наиболее массовыми на поселениях эпохи камня - раннего металла. Обнаруженные на Пегреме 40 находки - это почти исключительно высококачественные сланцевые и кремневые орудия. Культурный слой Пегремы 40 весьма маломощен - часто до 10-15 см, он име ет красноватый оттенок, следы гумусированности, причем интенсивность окраски увеличивается вблизи камней. В ряде случаев камни, буквально оконтурены по периметру узкой (до 10-15 см) полосой охристого песка, обычно с покатой стороны камней ширина этой полосы больше, чем с более крутой. Такой "наплыв" мог образоваться в результате смывания охры с камней под воздействием дождя, таяния снега. Конечно, это возможно только в том случае, если камни в течение какого-то времени периодически обмазывать красной охрой. Напомним, что сами валуны, около которых локализовался культурный слой, в ряде случаев имеют четко выраженную зооморфную форму и, видимо, несут следы искусственного воздействия. Не в пользу хозяйственного происхождения данного памятника свидетельствует и его удаленность от древнего берега Онежского озера. Наконец, выявленные около камней вытянутые охристые линзы с каменным инвентарем, определяемые обычно как погребения, сопровождающие их кострища, сопутствующие камням-валунам каменные кладки, которые явно не имели какого-то хозяйственного значения - все это, с нашей точки зрения, в большей степени свидетельствует в пользу культового характера данного памятника, чем какого-либо иного.

Почти одновременно с открытием комплекса Пегрема 40, археологами И. С. Манюхиным и М. М. Шахновичем в Северной Карелии были выявлены ещё два крупных культовых комплекса, очень близких памятникам островов Кузова Белого моря.

Один из них, к настоящему времени исследованный в большей степени, находится в Муезерском районе Карелии на горе Воттоваара - наивысшей точке Западно-Карельской возвышенности (высота 417 м). Как сообщает открывший этот памятник М. М. Шахнович, комплекс занимает площадь около 6 кв. км. Гора Воттоваара - чрезвычайно интересный природный объект. В ее основании - доминирующая над окружающей местностью мощная скала, несущая многочисленные следы сейсмической, тектонической и ледниковой деятельности. Живописный ландшафт Воттоваары составляют повсеместно разбросанные каменные глыбы, валуны, часто встречающиеся бараньи лбы, сейсмические трещины, образующие глубокие, заполненные водой провалы. На поверхности горы имеются несколько палеоводоемов - пересыхающих летом маленьких озер и болот.

Объекты, составляющие культовый комплекс Воттоваара, - это, в основном, природные валуны диаметром 0,3-1,5 м, иногда несущие на себе следы архаичной человеческой деятельности, а также немногочисленные каменные кладки. Камней на Воттовааре несколько тысяч, некоторые из них, видимо, имеют следы искусственного воздействия: установлены на маленькие камни-ножки (обычно два-три, реже четыре-пять); имеют "навершия", то есть поставленные на них сверху камни меньшего размера; имеют четкие следы их преднамеренной установки определенным образом в определенном месте - обычно на возвышенных участках скалы или в скоплениях с другими камнями. Валуны располагаются, в основном, скоплениями по 2-6 камней в одной группе, как правило, на открытых возвышающихся скальных участках, вблизи побережий палеоводоемов. Каменные кладки встречаются среди валунов. Они сложены из камней небольшого размера и имеют форму окружностей диаметром 0,7-1 м, иногда до 6-7 м.

Другой культовый комплекс, открытый археологом И. С. Манюхиным, располагается в Лоухском районе на горе Кивакка - одной из наиболее высоких возвышенностей Карелии (высота 499 м). По сообщению автора открытия, памятники находятся на самой вершине горы. Сложения особенно многочисленны на наиболее крутых, северном и восточном склонам, а также в центре на обрывистых уступах, окружающих небольшие озера, образовавшиеся на месте тектонических разломов. Объекты, составляющие данный комплекс, аналогичны беломорским.

Надо особо подчеркнуть, что большинство объектов, входящих в состав культовых комплексов Воттоваара и, видимо, Кивакка, составляют естественные природные образования без следов искусственной обработки. Это выделяющиеся в окружающем ландшафте камни-валуны, скальные формации, оригинальные россыпи валунника. Их подчас причудливый вид (когда один валун лежит на другом или располагается на маленьких камнях-"ножках") обусловлен природными факторами - деятельностью ледника, землетрясениями и т. п. Именно эта "причудливость" и привела к тому, что данные возвышенности стали святилищами, люди начали совершать там религиозные обряды и уже искусственным путем создавать подобные природным сложения.

Очевидно, что культовые комплексы на Кузовах, Воттовааре и Кивакке - это памятники сходные. Видимо, они едины в культурно-хронологическом отношении. Когда существовали эти святилища, судить трудно. Исследовавшие их археологи справедливо полагают, что почитание священных камней могло сохраняться до той поры, пока в их окрестностях проживали представители саамского этноса. В Северной Карелии саамы жили еще в конце прошлого века. Труднее сказать, когда оно возникло, ясных датирующих материалов на территории комплексов пока не найдено. И. С. Манюхин считает, что это произошло в 1 тыс. до н. э. Нам представляется, что связанная с культовыми комплексами религиозная традиция должна была возникнуть гораздо раньше, когда эти выделяющиеся в ландшафтной среде объекты (скалы, камни-валуны) попали в поле зрения местного населения, впервые появившегося в Северной Карелии в эпоху мезолита. По всей видимости, это время относится к моменту освоения территории, где они находятся, что скорее всего произошло в период камня - раннего металла. В дальнейшем, подобные объекты могли создаваться на территории Карелии вплоть до эпохи средневековья.

О более раннем появлении на территории Карелии святилищ, видимо, свидетельствует и информация из работы Н. Н. Гуриной о любопытной находке на полуострове Оровнаволок (северо-восточное побережье Онежского озера). В стороне от поселений, на вершине круто обрывающейся в озеро скалы, ей была исследована каменная кладка в виде полукруга, заполненная красной охрой. В ходе раскопок удалось обнаружить два фрагмента ранненеолитической керамики сперрингс. Н.Н.Гурина определила этот объект как "...место, где, вероятно, совершались культовые обряды". Топографически данное место соответствует особенностям расположения древнесаамских святилищ Карелии.

Надо сказать, что культовые камни-сейды типа обнаруженных на Кузовах, Воттовааре и Кивакке - довольно распространенные на территории Северной Карелии памятники. В настоящее время имеются сведения и о других местонахождениях подобных объектов, в частности, на горе Нуорунен, в районе Евжезера и в других местах. Небольшой культовый комплекс, включающий около 30 сейдов, зафиксирован И. С. Манюхиным на острове Лодейном (архипелаг Кемские шхеры).

Итак, приведенные выше памятники на Кузовах, на Колгострове, в Пегреме, на горах Воттоваара и Кивакка можно считать остатками древних святилищ.

Производство "Агальцов и Компания" 
Есть вопросы, предложения? Пишите на k2000rs@yandex.ru


Яндекс цитирования